f y
Національна спілка кінематографістів України

Новини спілки

Пам’яті Володимира Дмітрієва

06.07.2016

Владимир Юрьевич Дмитриев (19402013)
Скорбное чувствие

7 июля 2016 года исполнится 3 года, как ушел от нас Владимир Дмитриев, киновед, историк, архивист Божьей милостью. Грустно и светло...

Я знал его 20 лет, с 93-го, когда впервые приехал в Белые Столбы, в Госфильмофонд. Узнал его легко, по фильму "Скорбное бесчувствие", где он снялся в небольшой, но весьма запоминающейся роли. Кстати, режиссер картины, Александр Сокуров, рассказал мне, что Дмитриев сам попросился на роль и сам же ее придумал. Вот так в цилиндре, загадочно мерцающий в полутьме деревьев...

Во время знакомства он тоже странно обозначился в глубине госфильмофондовского фойе и растворился внезапно. Затем снова возник и унес свой профиль куда-то вдаль.

 Это Дмитриев? спросил я кого-то из архивистов.

 Да. Он про вас спрашивал, кстати приехали ли вы.

 Про меня? Вы ничего не путаете?

 Да нет. 

И здесь Дмитриев возник в третий раз   чтобы уже больше не исчезать из моей жизни до самой своей смерти.

Он сразу же заявил, что не разделяет моего поклонения "Теням забытых предков" Параджанова и Поэтическому кино в целом (оказалось, он читал мои статьи в "Искусстве кино"). "Это почти всегда плохо или очень плохо!" услышал я. "Вы это всерьез, или чтобы подразнить меня?" спросил я, не поверив собственным ушам. "Абсолютно серьезно!"

И пошел спорить, опровергая мои аргументы.

Не убедил, конечно. Зато одарил более глубоким пониманием контекста. Кино он знал досконально, о каждом фильме и режиссере говорил так, словно это были его близкие знакомые. А собственно они и были для него таковыми. 

Он любил рассуждать на тему консервативности архивов. Однажды на фестивале "Белые Столбы" он со сцены начал говорить о том, что мы вот, архивисты, являемся людьми, не признающими все эти технические новинки, нам это в общем ни к чему. И вдруг на нем зазвенела одна мобилка, а затем и вторая (а было это в годы, когда они еще не вошли в массовый обиход), Дмитриев начал судорожно похлопывать себя по карманам... Зал грохнул смеховой волной... 

В нем жил дух противоречия, он не спешил жить, не спешил радоваться прогрессу, в коем подозревал всевозможные козни. Даже болеть не спешил болезнь его развивалась медленно, годами, пока не приковала к кровати в его уютнейшем кабинете. Татьяна Давыдовна, жена, с поразительной стойкостью перенесла все течение болезни мужа, но увы спасения не нашлось.

Уже три года... Владимир Юрьевич все последние годы твердо отметал мои предложения написать книгу, или хотя бы собрать все лучшее, из написанного. "Да кому это нужно?" спрашивал он. И сам отвечал: "Нынче никому!" Он считал главным в своей жизни архивное дело, которому прослужил более полувека. Остальное представлялось не очень важным, писание в том числе.

В "Земле" Довженко (его Дмитриев ставил очень высоко) есть эпизод, в котором дед приходит на кладбище, прикладывает ухо к могильному холму и спрашивает ушедшего друга: "Эй, как ты там? Как тебе ведется?" Хочется сделать что-то подобное, да только не ответит Владимир Юрьевич.

Хотя как знать? Что-то уловилось в том полумистическом персонаже из сокуровской давней картины. В нем был мерцающий магнетизм личности Дмитриева, то, что всегда в нем притягивало многих. И немножко отталкивало близко к себе он подпускал немногих...

Вечная, вечная и благодарная память!

Сергій Тримбач

7-9 листопада, четвер-субота, Червоний зал «Сучасна анімація - досягнення, проблеми, перспективи»

10 листопада, неділя, Синій зал Світова флешмоб-прем’єра документального фільму «Я-Мобер» (Реж. А. Дем’яненко, Д. Томашпольський)

11 листопада, понеділок, Синій зал ЗІРКИ СВІТОВОГО КІНО: «Графиня із Гонконґу» (реж. Ч. Чаплін)