f y
Національна спілка кінематографістів України

Інтерв’ю

Андрій Халпахчі: «Ми не вміємо торгувати своїм кіно, і це велика проблема індустрії»

25.08.2016

Генеральний директор кінофестивалю «Молодість» Андрій Халпахчі — про роботу українського павільйону в Каннах, співробітництво із Держкіно і необхідність захистити себе від російської пропаганди.

Ірина Навольнєва, «Телекритика»

В конце мая отгремел Каннский кинофестиваль, в рамках которого уже восьмой раз работал украинский павильон. Его организовывает Киевский международный кинофестиваль «Молодость» совместно с Госкино. 

Бессменный генеральный директор «Молодости», киновед и кинокритик Андрей Халпахчи рассказал «Телекритике» о работе в Каннах, системе питчингов и госфинансировании кинопроизводства, продажах украинских фильмов зарубежным дистрибьюторам и о том, почему часть денег от украинского проката уходит в Москву. 

Об украинском павильоне в Каннах

— Поделитесь, каковы результаты работы украинского павильона на Каннском кинофестивале в этом году?

— Знаете, после Канн всегда спрашивают: какие заключены сделки? Но об этом лучше спрашивать продюсеров, мы же служим только коммуникаторами между ними. Украинский павильон, который мы организовываем уже восьмой год, — посольство нашей страны в мировой киноиндустрии. В Каннах — колоссальный кинорынок, и присутствие там необходимо. 

Восемь лет назад в наш павильон приходили с вопросами: «Ба! Есть информация об украинском кино? Можно ли что-то еще узнать?» Сейчас гораздо лучше — в Украине производят больше фильмов, и не только при господдержке, но и благодаря частным инвестициям. 

В этом году мы провели несколько презентаций — готовых украинских картин, проектов, открытых для копродукции, а также нескольких независимых работ. Например, представили проект режиссера Тараса Химича «Живая» и документальную ленту «Чернобыль. Зона будущего» Олега Карнасюка. Кстати, фильм уже заинтересовал очень многие телеканалы — из Чехии, Литвы, Германии и Японии. 

— А кто и как отбирает фильмы, которые презентуют от нашей страны в Каннах?

— Участвуют все желающие. Показы в Каннах — это платное мероприятие. В среднем один сеанс стоит 600-800 евро.

— Но фильмы «Живая» и картина о Чернобыле, представленные от Украины в Каннах в этом году, презентовали иначе?

— Да, это была презентация в нашем павильоне. Но это тоже в каком-то смысле платное участие. Украине в этом году организация работы павильона стоила порядка $50 тыс. Государство выделило только 400 тыс. грн., и тут, как говорится, надо скидываться. Так, кстати, поступаем не только мы, но и, например, немецкие продюсеры: они докладывают свои деньги и участвуют в аренде павильона. Мы также получили спонсорские деньги и вместе с исполнительным директором «Молодости» Владиславом Лясовским подтянули внутренние ресурсы кинофестиваля «Молодость».

— Но почему Украину снова представляли картины о Чернобыле и повстанцах? Почему на такие темы? Сколько же можно?

— Отбора как такового нет. Мы делаем рассылку продюсерам — мол, можно сделать презентацию в Каннах. Но многие просто не понимают, какая это возможность. 

Вот большая проблема — наши продюсеры считают, что зарабатывать лучше на кинопроизводстве, а не прокате. Очевидно, многим так проще. Системы продавцов, sales agencies в Украине просто нет. 

Наши коллеги с Одесского кинофестиваля говорят: «Мы через пять лет будем Каннами!» Не будем. Потому что для этого надо производить 300 фильмов в год, как во Франции. А в Украине снимают 30, с учетом независимых картин — максимум 35. Это очень мало. 

— И тем не менее у наших картин бывают успехи.

— Очень важно выходить на международных дистрибьюторов. Ведь как, например, получилось с фильмом «Племя» Мирослава Слабошпицкого? Сейлз-агент картины — французская компания Alpha Violet. Ее владелица Виржини Девеза несколько лет работала в Украине, на фестивале «Молодость», на канале «1+1». И она внимательно следит за тем, что у нас происходит. Alpha Violet уже продала «Племя» более чем в 40 странах. И выступает сейлз-агентом следующего фильма Мирослава — «Люксембург». Мы, кстати, очень надеемся, что эта картина будет в 2017 году в конкурсе в Каннах. 

Но в целом у нас продюсерская система в зачаточном состоянии. Мы не умеем торговать своим кино, и это большая проблема индустрии. Отдельная крупная тема — наш кинопрокат, который находится в колониальном положении. Рынок настолько заполнен блокбастерами, что нет места для других фильмов. Французскую комедию теперь считают артхаусом. 

— И даже последний фильм Коэнов…

— Да, для них просто нет места. При этом многие зарубежные фильмы, в частности артхаусные, закупаются Москвой, и она уже решает, как и когда их показывать в Украине. А главное, что деньги от проката в этом случае уходят в Россию. Это серьезная проблема. Причем политическая и экономическая, которую должен бы наш парламент решать.

— Что из украинской кинопродукции больше всего интересует западных партнеров? О чем спрашивали посетители украинского павильона в Каннах?

— Фильмы для телеканалов. Картинами для широкого проката интересуются реже. Еще приходят фестивальные отборщики. Например, представители Роттердамского фестиваля спрашивали о новой ленте Юрия Речинского (картина Ugly, — ТК)

Многих также интересует копродукция для съемок в Украине и сотрудничество с нашими сервисными группами. Западным компаниям, которые приезжают снимать в Украину, не нужно везти с собой аппаратуру или самим искать локации. Наши компании хорошо себя зарекомендовали, и когда австрийские или итальянские партнеры отзываются о них в позитивном ключе — это добрый знак для Украины. 

— Не боятся к нам ехать во время войны?

— Боятся. Российская пропаганда рассказывает там неизвестно что. А Украина для своего имиджа за рубежом сделала совсем немного. Но Госкино сейчас работает над этим. Например, есть идея продвигать украинские локации — у нас можно снять и старинный замок, и лес, и море. Города, где проходят съемки, в этом случае получают доход — гостиницы, рестораны, массовка, техническое обеспечение...

О финансировании и сотрудничестве с Госкино

— Насколько тесно «Молодость» сотрудничает с Госкино и что изменилось в этом сотрудничестве с приходом новой власти в Украине?

— Мы всегда сотрудничали. Сейчас ситуация с кинопроизводством лучше, потому что выделяют деньги. Но их немного. Госкино планирует потратить 750 тыс. грн на «Молодость» и столько же — на Одесский кинофестиваль. Это уже 1,5 млн. А у них всего бюджета на имиджевые мероприятия — 3 млн. грн! 

При этом если мы обратимся за финансированием еще и в Министерство молодежи и спорта, то Госказначейство будет против. Нельзя одно мероприятие финансировать разным госструктурам. У нас совок неизбежен. Система бюрократии до сих пор построена на существовании ЖЭКов, которых уже давно нет ни в Прибалтике, ни в Грузии, нигде. 

— А насколько адекватна система питчингов в Госкино? Многие молодые режиссеры не хотят иметь дел с этой организацией.

— Помните, как Черчилль говорил о демократии? Она далеко не совершенна, но лучше ничего нет. Госпитчинги используют во многих странах, хотя понятно, что эта система не может быть идеальной. Например, я вхожу в экспертную комиссию: кто-то фильму ставит «5», а кто-то — «2», а мы берем средний балл… Это надо менять. Сейчас предложили следующее: мы можем на комиссии до питчинга обсуждать свои впечатления, ведь обычно мы ими не обмениваемся, голосуем втихую. 

Но главная проблема даже не в этом. Государство может профинансировать 50% бюджета игровой картины. Еще половину вы должны найти самостоятельно. И зачастую то, что предъявляют, — фикция. Все рассчитывают за деньги, полученные от Госкино, снять 100% фильма, да еще и заработать. Но вы же продюсер, а не директор кинопроизводства. Надо искать зарубежных партнеров, привлекать телеканалы, дистрибьюторов, частных инвесторов. Как сейчас работает, например, молодой продюсер Максим Сердюк — его кинопроект «Танк» выиграл питчинг на Берлинском кинофестивале и получит деньги на производство. 

— Вы, как член комиссии, влияете на выбор картин, которым государство выделяет деньги. Все ли финансируемые Госкино фильмы стоят того?

— Ни мы в комиссии, ни Госкино не застрахованы от сомнительных результатов. Я думаю, что система должна проработать 10 лет, чтобы она дала настоящие результаты.

О пропаганде

— Какова допустимая степень вмешательства государства в кинопроцесс? Складывается впечатление, что Госкино преимущественно финансирует картины, в которых есть «национальная идея» — все эти бесконечные казаки и кобзари.

— Ну, не так уж много этих фильмов. А вообще время сейчас такое. Что-то надо противопоставлять агрессивной российской пропаганде. Да и что значит «государство вмешивается»? Не хочешь, чтобы государство вмешивалось — не проси у него денег. Кто платит, тот заказывает музыку.

— Но должны же быть какие-то рамки влияния?

— Мы живем в военное время, и от этого никуда не денешься. Сегодня есть потребность в теме консолидации. Ведь кроме внешней агрессии, есть внутренняя проблема — нужно наладить диалог между Западом и Востоком Украины. 

Очень многое не было сделано вовремя. Вот Крым, который так радостно приветствует «зеленых человечков». А я вам скажу: мы неоднократно пытались сделать в том же «Артеке» какие-нибудь мероприятия. Но все кинофестивали в Крыму проводила Москва, привозила исключительно свои и советские фильмы. В общем, понимаете — прозевали. 

Россия много лет готовила эту аннексию. И понятно, что сегодня что-то нужно российской риторике противопоставлять. 

— А что можно ей противопоставить? 

— Искусство и культуру. Вот, например, появляются в интернете статьи «Самые ожидаемые фильмы лета». В них речь идет только о стрелялках, блокбастерах и фантастике. Там нет ни одного имени из каталога Каннского кинофестиваля. 
Я говорю об отсутствии информационного поля вокруг кино. Мы видим, что даже на «Молодости» становится все меньше зрителей, которые приходят осознанно. А зрителей нужно воспитывать.

— Вы говорили о российской агрессии и пропаганде. А повлиял ли российско-украинский конфликт на грядущий кинофестиваль «Молодость»?

— Конечно. Я теперь принципиально не езжу в Россию. Я люблю прекрасный фестиваль «Кинотавр» в Сочи, мне его очень не хватает. Но я не могу себя убедить пересечь российскую границу. 

Что касается «Молодости», то раньше мы делали специальную программу нового российского кино, а теперь нет, показываем только самые актуальные работы. Насчет этого года еще думаем: отдельной программы не будет, но предполагаю, кто-то из россиян приедет к нам и мы что-то покажем. 

Фото Максима Лісового

Ірина Навольнєва, «Телекритика», 16 червня 2016 року

10 грудня, понеділок, Червоний зал

10 грудня, понеділок, Синій зал Актриса НАТАЛІ ВУД/НАТАЛІЯ ЗАХАРЕНКО (1938-1981) Художній фільм «ТАЄМНИЦЯ НАТАЛІ ВУД» (І серія)

12 грудня, середа, Червоний зал ДИВІМОСЬ, ХТО ПРИЙШОВ Громадська організація «Сучасне Українське Кіно» (СУК) презентує вечір «Кіносереда – Зимове»