f y
Національна спілка кінематографістів України

Інтерв’ю

Марина і Сергій Дяченки про стрічку «Він – дракон»

10.01.2016

Від 31 грудня 2015 року в українському кінопрокаті демонструється російська фантазійна стрічка «Він – дракон» Індара Джендубаєва. Станом на 3 січня її подивилися 5 317 глядачів. Збори склали 356,1 тис. гривень. Сценарій до фільму за мотивами власного роману «Ритуал» написали українські письменники і кінодраматурги Марина та Сергій Дяченки. Подаємо інтерв’ю видання «Кинопоиск» із ними.

В первоисточнике трогательная история любви разворачивалась между человеком-драконом Арманом и некрасивой принцессой Ютой, которую тот похитил по ошибке, надеясь, что за девушкой приедет принц, а ему не придется исполнять кровавый ритуал. В экранизации дурнушка Юта стала миловидной княжной Мирославой в исполнении Марии Поезжаевой, а роль Армана досталась Матвею Лыкову.

Работа над созданием виртуального дракона велась более двух лет. Ее возглавил специалист по визуальным эффектам Сергей Невшупов, за плечами которого опыт работы над «Аватаром», «Кинг-Конгом» и «Властелином колец» на студии «Weta Digital» Питера Джексона. 

Марина и Сергей могут по-разному видеть и оценивать происходящее, даже спорить друг с другом. Так происходит уже на протяжении 23 лет их творческого супружества, и в этом нет ничего страшного. При этом, предупреждает Марина, Сергей может шутить, и юмор у него своеобразный.

— Вы видели одну из черновых версий фильма. Каково наблюдать за тем, как воплощается на экране все то, что вы когда-то создали в своих фантазиях?

Марина: Откровенно говоря, я не очень люблю этот момент — переход от фильма в голове к фильму на экране. Это всегда напряжение, всегда внутренний конфликт, и иначе быть не может. И тем сильнее радость, когда кажется, что случилось чудо, все сложилось. Что-то было ожидаемо хорошо, но в фильме есть эпизоды, которые меня просто заворожили. Зацепили подлинной эмоциональной привязкой к настоящему мифу, а миф — это жуткая штука. Память о нем сидит в подсознании у каждого из нас, и, если вылезет из-под будней только краешек этого древнего и жуткого, сразу побегут мурашки по коже. Раньше, чем мы успеем что-то понять.

Сергей: По первому образованию, еще до ВГИКа, я был психиатром, и с тех пор у меня некий иммунитет к психологическим потрясениям. Мне интересно, как воплощается на экране то, что мы написали, и как люди со стороны это оценивают. Марина, например, практически не читает рецензии на наши книги или фильмы. Я же стараюсь уловить полезную критику даже в злобности и стараюсь уловить скрытые мотивы и комплексы рецензента. Но здесь ситуация особая. Роман «Ритуал» для нас любимый, и мы очень многого ждали от фильма, Марина нервничала. Поэтому я первый мужественно посмотрел черновую сборку. И уже, как та графиня в романе Ильфа и Петрова, побежал с «изменившимся лицом» не к пруду, а к соавтору. Мы вместе еще и еще посмотрели фильм. Меня лично особенно потряс финал картины. Такого катарсиса я не испытывал уже давно. Знаете, я по долгу службы смотрю множество фильмов и сериалов, стараясь быть в курсе течений и новинок, и меня не так просто чем-то растрогать. Не хочу спойлерить. Пусть зритель сам увидит и оценит. Скажу лишь одно: у нас были замечания, предложения по черновой сборке, но главная доминанта — это огромная благодарность Тимуру Бекмамбетову, Индару Джендубаеву, Игорю Цаю, Марии Затуловской, Ольге Хариной и всем тем, кто работал над картиной. Они смогли перенести на экран душу нашего романа.

— Как начинался этот проект? Почему вы согласились на участие? Были ли у вас какие-то специальные условия — что допустимо, а что не было допустимо в фильме по отношению к роману?

Сергей: Наши отношения с «Базелевсом» и Тимуром Бекмамбетовым начались с идеи об экранизации романа «Vita nostra». Случилось это под Новый год. Семья была в сборе, и тут пришел Тимур и анонсировал большое чудо. С тех пор мы верим в Деда Мороза. Потом елку убрали, шарики сложили в ящик. Вместе с командой «Базелевса» прошли длинный путь, адаптируя роман для кино, а это совсем не просто. Прямо во время работы мы узнали от Тимура, что у команды «Базелевса» есть идея снять фильм о драконах, и предложили почитать нашу историю о любви дракона и принцессы. «Ритуал» — это чуть ли не первая наша вещь, юношеская, можно сказать. Нежная. Интересное дело, автор может постареть, заматереть, измениться, а сказка хранит память о тех временах, когда драконы летали высоко. Что-то в «Ритуале» было такое, что заставило «Базелевс» взяться за его экранизацию. Получилось в результате, что дракон пришел на взлетную полосу первым, раньше «Вита Ностры». Почему согласились участвовать в этом проекте? Потому что безоговорочно доверяли Тимуру Бекмамбетову и его команде. Специальных условий не выставляли, прекрасно понимая, что фильм и роман — очень разные вещи.

Марина: Если честно, у нас нет сакрального отношения к собственным текстам. Они уже написаны, кем-то прочитаны, стали частью нашей жизни и, возможно, чьей-то еще. Иногда хочется переписать готовый роман, но пирожок два раза не съешь, даже самый вкусный. А вот перерассказать историю заново, спеть картину, станцевать песню — вот это вызов для автора, это здорово, это драйв. «Ритуал» здорово изменился на пути от книги к экрану. Для нас это происходило поэтапно, шаг за шагом. С нашей точки зрения, сейчас история рассказана по-другому, но это все та же история о любви, которая невозможна.

— Матвей Лыков и Мария Поезжаева — насколько удачным вам кажется кастинг? Соответствуют ли актеры вашему видению персонажей?

Марина: Кастинг нас устраивает чуть более, чем полностью. Матвей Лыков — совершенно точно не человек. Он инопланетянин или заколдованный зверь, которого не хочется расколдовывать, он хорош и так. Красавец и чудовище, а заодно музыкант, модель, артист. Мария Поезжаева, звезда фильмов «Мотыльки» и «Класс коррекции» — она очень искренняя и обаятельная. У нас принцесса Юта была некрасива, угловата, в конфликте с собой и окружающими, но с глубоким внутренним миром, эдакая девочка-ботаник, влюбленная в лучшего парня. Княжна Мирослава, казалось бы, просто девушка, хоть и княжна, просто ребенок, хоть и замуж выходит. Любая может поставить себя на ее место. И пережить вместе с ней все приключения в логове дракона.

— Чем для вас отличается труд сценариста от труда писателя?

Сергей: Говорят, что сценарист — это скованный цепями раб на галере кинопроекта, а писатель — черный кот, свободно гуляющий в измерениях своей фантазии. Но я с этим не согласен. Это две стороны одного и того же дара — умения рассказать свою историю другому человеку. Вот я окончил сценарный факультет ВГИКа, вел киносценарную мастерскую, мастер-классы и прочая, а до сих не знаю, чем же отличается талант писателя от таланта сценариста. Об этих различиях написаны десятки умных книг и тысячи статей, но они меня не убеждают. Конечно, сценарист зависим от производства, финансов, сроков. Это командная работа, и конечный результат может совсем не быть похожим на сценарий, в который вложена масса энергии. Но ведь и автор романа не бабочка, порхающая в закатном солнце. Если он думает о публикации, то должен учитывать и требования редакции, думать о читательских предпочтениях, иногда переписывать свое произведение десятки раз не в силу цензуры и конъюнктуры, а из художественных соображений. И сценаристика, и писательство — это огромное наслаждение, если ты чувствуешь, что твоей рукой водит кто-то свыше. Для меня этот кто-то — это Маринка. А вот ее наставник уже где-то наверху, за облаками и галактиками. Ее дар оттуда, из небес.

Марина: Извините моего соавтора за неуемное фантазирование. Если же вернуться на землю, то за роман писатель отвечает сам, а о сценарии зритель будет судить по фильму, и тут могут быть разные ситуации, в том числе драматические для сценариста. Но если твоя фамилия стоит в титрах, если ты ее не снял, то ты в ответе за картину, какой бы она ни была.

— Как изменился фильм в сравнении с книгой? Какие мысли и идеи вышли на первый план?

Марина: История стала лаконичнее. Принцесса сделалась княжной в древнеславянском княжестве, но на ее характер это не повлияло. Она осталась такой же независимой, самостоятельной и сильной. Дракон стал моложе, он совершенно неземное существо — что с крыльями, что без крыльев. И появилось дыхание мифа, о котором я говорила. Наши предки считали замужество репетицией смерти, а невесту полагали существом сродни трупу. Ее оплакивали, как мертвую. Ей разрешалось сидеть на столе (а это домашний алтарь, там место только еде и покойникам). Ни о какой любви речи не было. В фильме «Он — дракон» я чувствую присутствие древнего мифа, в котором любовь побеждает смерть.

Сергей: Когда мы обсуждали подходы к сценарию, то, кроме славянского мира, произошло очень важное изменение с образами героев. В романе это тоже была история первой любви, но более зрелых людей, истосковавшихся в своем одиночестве. В фильме это самые первые пробуждения чувств у очень юных людей. Это то, через что проходит каждый из нас. Если роман был рассчитан на аудиторию юного и среднего возраста (может, и старшего), то зритель фильма по замыслу авторов очень молод. Или молод в душе — вот как мы. При этом как-то везде утверждается, что эта аудитория в основном и напропалую женская, девичья. Оно-то так, но я вижу в этом некий просчет. Конечно, девочки нежнее и чувствительнее нас, драконов. Но мы тоже люди. И среди мальчиков полно особей с тонкой душевной организацией. Почему-то все великие композиторы, явившие миру тончайшие движения души — Бах, Альбинони, Бетховен, Рахманинов, Шопен, Чайковский, «Битлз», «Пинк Флойд» и еще легион имен, — они все мужчины.

Марина: Я прошу отставить сексизм. Современницы Баха и Альбинони были не менее одарены, просто им некогда было писать музыку. Они детей рожали своим драконам.

Сергей: Так вот я надеюсь, что аудиторией фильма будут и мужчины, в том числе со шрамами любви. А кроме того, для настоящего мужчины такой фильм — одна из возможностей понять ту непостижимую, что рядом.

«Кинопоиск», 18 листопада 2015 року

12 грудня, середа, Синій зал Прем’єрний показ художнього фільму «ТРИМАЙ БІЛЯ СЕРЦЯ»

12 грудня, середа, Червоний зал ДИВІМОСЬ, ХТО ПРИЙШОВ Громадська організація «Сучасне Українське Кіно» (СУК) презентує вечір «Кіносереда – Зимове»

12 грудня, середа, Малий зал «ЦИКЛ ВЕЧОРІВ ІСПАНОМОВНОГО КІНО» Художній фільм «ГАВАНАСТЕЙШН»