f y
Національна спілка кінематографістів України

Статті

Комісаріат українського кіно

25.11.2013

Александр Рутковский, «2000»

...Входят строем пионеры,
кто — с моделью из фанеры,
кто с написанным вручную
содержательным доносом.
С того света, как химеры,
палачи-пенсионеры
одобрительно кивают им,
задорным и курносым...

И. Бродский. Представление

Для отечественных дискуссий о пороках нашего постсоветского общества характерна одна идейная мизансцена: собираются причины печальных явлений и обсуждают... свои же последствия. Не отсюда ли поразительная устойчивость обнаруживаемых социальных изъянов?

Проблемы национального кино не исключение. Штатные специалисты планово продуцируют «отдельные недостатки», а потом с ними и борются. Зато родное кино всегда со своим народом. В том смысле, что содержательно оно такое же, как и вся страна. И как стереокартинка на календарике: под одним углом зрения объект кажется бурно развивающимся и даже величается «киноиндустрией», а под другим — нашего кино как бы и вовсе нет...

Вот, скажем, 14 ноября с. г. состоялась премьера очередного (уже второго за год!) фильма ужасов молодого украинского режиссера-страходела Любомира Левицкого. В его исполнении в 2006 г. появился, как было тогда заявлено, первый национальный триллер «Штольня». А уже в нынешнем году подряд вышли полнометражные страшилки для молодежи — сначала криминальный «Ломбард», а на днях — мистические «Тени незабытых предков». Уж и не упомню случаев подобной плодовитости среди местных фильммейкеров. Если не фиксироваться на качестве продукта, то имеем великолепное достижение!

Танец с огнем. Фильм «Тени незабытых предков»

«А ты уверен, что ты человек?» — таков девиз «Теней». Вопрос, конечно, интересный, только подразумеваются тут вовсе не душевные свойства адресата, а возможная сверхъестественная инфицированность при укусе всякого нормального человека карпатскими вурдалаками. Нет, никаких намеков на политические подтексты в новом «хорроре» Левицкого нет, хотя они все время и напрашиваются.

А дело было так. Испокон веку эти йододефицитные места облюбовали разные злые духи, кровососы-вампиры, оборотни, мольфары-колдуны да прочая «мольфарионная» нечисть. Баланс темных сил решили удержать местные же лесные чародеи из Круга силы, и они заточили скверну в «Книгу теней». В наши дни таинственная Книга оказалась в университетской библиотеке.

Здесь-то и начинают твориться дела дивные и страшные: на телах восьмерых студентов-галичан появились знаки згарды (мистической печати). Опечатанные таким образом избранники небес (или преисподней?) догадались, что именно им и надобно спасать родной край от злых чар. И ребята с их сексапильными подругами отправились в Карпаты — родину расколдовывать. По одним только законам жанра Украину в «Тенях незабытых предков» герои таки спасут. Даром, что с помощью избитых штампов второсортного Голливуда.

Герои фильма «Тени незабытых предков»

Лес, загадочное убийство, призраки мертвых, грозные мольфары, исчезновение друзей и проч. Уж-жас! Одна надежда — бодрость духа и сноровистость режиссера, который, по всему видать, прекрасно знает, как всего за $1 млн. свинтить из типовых деталей голливудского класса Б более-менее функциональную страшилку для аборигенов-соотечественников.

Вот древнее зло (ископаемый монстр, мумия фараона, исчадие Дракулы и т. п.), нечаянно разбуженное симпатичными героями (полярниками, археологами, космонавтами...). Вот весь ужас мистического террора. Вот необходимые жертвы — самые невзрачные персонажи, которых не особо жалко (тут это студентка-дурнушка или преподаватель-чудик). Для гражданственности ужасного — карпатская натура и местный колорит в обычаях и этнографии. «Утепляж» хорошенькими натурщицами — не проблема. И что же? Главный покупатель билетов — тусовочная молодежь — в полном восторге. Сам видел. А вот кино как факта искусства, по-моему, как не было, так и нет.

И так (или примерно так) дело обстоит в подавляющем большинстве случаев с премьерами «нового украинского кино» — как жанрового, так и «артхаусного». Однако автору этих строк менее всего хотелось бы заниматься занудным морализаторством или обличительством. В оценке сложившейся у нас на ниве кинематографии непростой ситуации стоит исходить из реалий. Молодые выдвинули из своей среды более расторопного, чем талантливого, киноавтора. Его кино привлекательно и развлекательно для таких, как он. Частично окупается. И слава Богу! Повезет — повысит класс. Не повезет — сам сойдет на нет. Критиковать ввиду эстетического неудовольствия — одно дело, кляузничать и интриговать из зависти — совсем другое.

Генеральная концепция: дайте нашему кино саморазвиваться органично! В итоге все сегменты общества должны получить свою долю в украинской кинематографии. Умные — умное. Молодые — молодежное. Домохозяйки — домохозяечное. И даже дураки, на мой взгляд, имеют полное право иметь свое собственное, ориентированное только на них «дурацкое кино». И какая это, право, мелочь для свободной стихии органичного творчества — еще один типовой триллер. Гораздо хуже новые кинокомиссары, которые могут опять заняться содержательной санацией кинопродукта.

Казус с базисом

В храме наедине с собой

Как флагшток, видимый всему миру издалека, — перманентно высокое качество фильмов Киры Муратовой. Она живет в нашей культуре в гордом одиночестве. Государство профинансирует новую ее работу — хорошо, а нет, она и так найдет спонсора. Охочие дать денег под имя корифея, слава Богу, до сих пор находились. Благо, великий артист никак не связан соображениями о рентабельности своего творчества.

Материальный базис: власть «Регионов» впервые за четверть века начала реально выделять финансы на кинопроизводство. Оживился кинопроцесс. А кино без денег не бывает. Оно бы возникло даже в том случае, если бы правительственный кабриолет поехал по студиям и премьер самолично стал бы бросать в толпу режиссеров пачки ассигнаций из мешка. И тогда б как сейчас, как бы само собой за год-два появилось бы с десяток полнометражных картин и около четырех десятков короткометражек.

Художественная надстройка: та же власть приставила к своему же кинобюджету явно некомпетентный и плутоватый госменеджмент. А последний сформировал зависимый от нее и халтурный штат экспертов. И в результате украинских фильмов, стоящих внимания киноведов-знатоков, призов на фестивалях и способных заработать в прокате хоть какие-то деньги, — считаные единицы. Не в коня корм. Казалось бы, нормальный вопрос: что, кроме турпоездок начальства по престижным МКФ, породило за последнее время «региональное» Госкино?». Но стоит этот вопрос задать от имени не заслуживающего доверия источника, как моральные и деловые оценки могут радикально поменять свое значение...

Снова шьющие политику

...Тук-тук. Кто там? Дневной дозор. Входит группа товарищей в кожаном. Суровы. Молодецки поигрывают самострелами. Советуют кое-кому в нашем кино добровольно признаться и покаяться в содеянных преступлениях против Отечества. И душевно так предлагают группе «идиотов» и «бездуховных паскуд» пройти куда следует за порнографию, оскорбление «нації чи особистості за національною ознакою».

Это опять воспряли силы «оранжевого» реванша, до того затаившиеся в схронах после электорального разгрома их батька Ющенко. В мае этого года в Национальном университете «Киево-Могилянская академия» ударили в набат — собрался круглый стол на тему «Результаты государственной политики в кино Украины». Понятно, в трактовке могилянцев то были априори плохие результаты априори плохой политики изначально порочных «украинофобских» сил. А как же иначе? Ведь скоро новые выборы...

По большому счету событие из трагифарсовых: за пятилетку «помаранчевого» всевластия тогдашнее майданное начальство, наобещав местным киношникам с три короба, ровным счетом ничего для них не сделало. А вот «регионалы» сразу после прихода к власти дали кинематографистам (в частности, молодым) реальные шансы снимать фильмы, и дело (с менеджерскими издержками и подмухлевками от широкой натуры г-жи Копыловой) закрутилось, как тут же воспряли духом посрамленные «патриоты». Как из табакерки, одолжив зенки у сирка, из Могилянки выскочило и понеслось: дескать, не все тут, в Госкино, финансово чисто, художественно идеально и идеологически верно. И т. д. и т. п.

Например, профессор с академической трибуны гвоздит дебютантов с этаким педагогическим шармом: «...Іде цілеспрямована дебілізація людей. Тому що дебілами легко керувати. (...) Коли я подивився деякі фільми молодих українських режисерів, то був шокований. Не тим, що вони це зняли, — ну, ідіотів є багато — а тим, що це підтримується...» (В'ячеслав Брюховецкий). Или: «...З'явилося кілька альманахів. А хто платить, той замовляє музику: у стрічках панує вульгарність, брутальність, беззмістовність і бездуховність. Ницістю і паскудством перевершила усіх анімаційна стрічка «Українська література. Підручник для мудаків» А.Лавренішина та Д.Коломойцева... Після перегляду думаєш, що таке можуть творити люди розумово і морально неповноцінні. Або ж вандали...» (Лариса Брюховецкая). В унисон о тех же молодых: «Я ніяк не можу зрозуміти: навіщо наша влада фінансує це неподобство? Що це: стійке українофобство чи елементарне глупство? На жаль, обидві версії мають повне право на існування» (Александр Муратов).

Вот и думается мне, тоже резкому и давнему критику той реформации, которую «Регионы» начали проводить в нашем кино: не приведи Господи, придут к штурвалу снова наци(онали)сты, и счетчик нашей истории снова обнулится. Вернемся в «оранжевый» 2005-й или в «руховский» 1991 год. И все начнется сначала, включая былую охоту на идеологических мольфаров и ведьм.

Называется: цензура

Свидание

И как мне недавно показалось, брызги того «шампанского» долетели и до страниц «2000». Имею в виду опубликованное интервью с режиссером Юрием Ляшенко. Этого постановщика я знаю по его немногим давним картинам (а их было всего три), весьма скромным, на мой взгляд, лучшую из которых («Записки курносого Мефистофеля», 1994) я в свое время сдержанно-положительно рецензировал.

Опомнимся же, господа, как мы можем говорить о должном в украинском кино с режиссером, который режиссурой не занимался столько времени? С тех пор природа кинематографа существенно изменилась. Увы, уже по одной этой причине я очень сомневаюсь, что такой мшистый посланник нашего прошлого может принести с собой в «сорняковое» сегодня что-либо стоящее. А тем более приблизить наше лучезарное будущее. Снять, что ли, с работы г-жу Копылову? Маловато будет для полного оздоровления отрасли.

Хотя без упомянутой процедуры во имя интересов родной кинематографии в ближайшем будущем все равно не обойтись. Тем не менее, полагаю, у скромного автора этих строк все же больше моральных прав занимать столь жесткую позицию. Ибо меня г-жа Копылова (спасибо ей!) никогда ничем не ущемляла и не обижала. А вот г-н Ляшенко в интервью невзначай сообщает, что г-жа Копылова «выбросила» из своих сценарных планов «классику», в том числе(?) «мій сценарій за Осьмачкою». Иначе говоря, мы имеем дело не с принципиальной позицией бескорыстного поборника интересов отечественного кино, а присутствуем при сведении счетов. Жаль, что этого этического нюанса не улавливают и многие другие критики г-жи Копыловой.

Хрен редьки не слаще. Зато другая точка зрения многих критиков деятельности Госкино и г-на Ляшенко в частности мне представляется не только ложной по аргументации, но и губительной по возможным последствиям. Невнятно в интервью режиссера выражена мысль об административной, политической и чуть ли не уголовной ответственности «порочного» Госкино за его «преступления».

Так, тут солидарно цитируется военно-полевая, по моему разумению, кляуза от Всеукраинского объединения ветеранов: «...Ми вважаємо, що повинні бути покарані і ті, хто створює подібні «шедеври» (речь о фильме. — А.Р.), і ті, хто замовляє їх та фінансує. Такі люди не мають права працювати в кінематографі, а тим більше ним керувати». Становится страшновато за гипотетическое будущее гипотетического же украинского кино. Чую казарменный дух политической цензуры.

Во-первых, я могу довольно долго говорить о том, что элементарно грамотные в искусстве люди нипочем не поверят как в реальность бытия Чапаева или Штирлица, так и в то, что кинорежиссеры в своих фильмах что показывают, то и «пропагандируют». На самом деле показывать на экране можно гадости, а речь вести при этом о радости. Ибо содержательно между «плохим» в кадре и таким же в реальности может быть пропасть. А «ужасное» и «отвратительное» с позиций классической поэтики — часть спектра эстетических переживаний. Впрочем, тут не место для ликбеза, тем более запоздалого — для ветеранов. А вот нужда в том лично г-на Ляшенко и других его единомышленников явно имеется. И о «Ядерных отходах» скажу прямо: очень даже неплохая картина Слабошпицкого. Вне зависимости от его призов на МКФ.Культурная вещь. И порно там никакого нет. Порнографично лишь соответствующее восприятие той жестко реалистичной миниатюры.

Между тем Юрий Ляшенко в интервью цитирует аналогичное заушательское мнение о дебютантах своего единомышленника Леонида Череватенко: «...Вперше за всю історію кінематографічну, владу репрезентує людина, яка відверто і зухвало проголошує курс на моральне розтління молоді, котра нічого і нікого не застерігаючись, оплачує опуси, які ганьблять український народ, рекламує, розсилає по міжнародним фестивалям кінопродукцію, що змальовує українців, як націю покидьків, збоченців і виродженців».

Поразительная ирония судьбы: около 20 лет тому назад на языке похожих политических инвектив г-нЧереватенко, только облеченный руководящим статусом, этак политико-демагогически приструнивал в прессе Минкульта таких строптивых кинокритиков, как автор этих строк. Следующая остановка — прямая цензура и «оргвыводы». Что в свое время с автором этих строк не раз и случалось.

Итак, если говорить отдельно(!) о некомпетентности и недобросовестности нынешнего руководства Госкино, то я давно за радикальную ротацию в том богоугодном заведении. И уже много неласковых слов про то сказал. Но если в порядке жесткой альтернативы упомянуть выдвигаемые г-ном Ляшенко со товарищи политические инвективы против художественных произведений начинающих авторов, то это и вовсе скандал! Похоже на выход ископаемых комиссаров на «охоту» за неблагонадежными. Еще одни «тени незабытых предков». Еще один триллер.

Тогда я уж лучше буду в одной компании и заодно с Екатериной Копыловой. «По положению пешек догадываюсь о месте короля». А украинское кино, если когда-нибудь и выберется к нормальному состоянию, то, вне сомнений, и без услуг Госкино в его нынешнем формате, и тем более без ветхозаветной комиссарщины «патриотов».