f y
Національна спілка кінематографістів України

Статті

Тіні великих фільмів

17.04.2016

2016 рік було оголошено в Росії Роком кіно. Цьогоріч на екрани там вийде декілька високобюджетних російських стрічок, які були рясно профінансовані російською владою. Подаємо матеріал видання The New Times про шанси на імпортозаміщення у російській кіногалузі, що може бути цікавим і в українському контексті.

Альона Солнцева, The New Times

Страна в честь Года кино уже, можно сказать, «мобилизована и призвана»: проводятся выставки, расширяется сеть киноэкранов — в малых городах государство помогает клубам с закупкой оборудования в обмен на обещание показывать отечественные фильмы. Как сообщают нам на официальном сайте мероприятия, «главным подарком для кинематографистов стало решение о том, что в Год кино вся государственная поддержка кинопроизводства будет осуществляться на безвозвратной основе». Спасет ли этот щедрый дар отечественную киноиндустрию?

Назад в СССР

Вообще-то господдержка была безвозвратной уже многие годы: кинокомпаниям просто дарились деньги на фильм. И только два года назад было принято решение часть суммы давать в долг, с возвратом, чтобы как-то спровоцировать производителей на выпуск фильмов с зрительским потенциалом. С 2009 года государство объявило своим приоритетом не авторские, а коммерческие картины — то есть такие, которые зрители готовы массово смотреть в кинотеатрах. Идея эта основана на воспоминаниях о советском кинопрокате, едином культурном пространстве и в конечном итоге — на возрождении идеологического влияния, для которого, как известно, кино — важнейшее из искусств. Однако затея практикой не подтверждается. Кино отказывается служить инструментом идеологии, причем началось это не сегодня, и не вчера, а в те давние советские времена, о которых сложено столько мифов.

21 апреля на экраны выйдет один из самых рекламируемых фильмов 2016 года — «Экипаж» (на фото кадр із фільму) студии «ТриТэ» Никиты Михалкова, сделанный режиссером Николаем Лебедевым («Звезда», «Волкодав», «Легенда №17»). Это очень дорогой (бюджет не разглашается) фильм-катастрофа, снятый в формате IMAX специальными 3D камерами, с неизменными Данилой Козловским и Владимиром Машковым в главных ролях. «Экипаж» — строго говоря, не ремейк, но явная отсылка к знаменитому фильму Александра Митты, ставшему одним из лидеров проката в 1980-м — последнем удачном году для советского проката.

В тот год в СССР был установлен рекорд посещаемости кинотеатров. Пять фильмов-лидеров посмотрели 349 300 тыс. зрителей. Самыми популярными тогда оказались «Пираты ХХ века» Бориса Дурова — фильм посмотрели 87 600 тыс. зрителей. Это стало рекордом в истории советского кино для отечественных картин (в общем рейтинге лидировала мексиканская мелодрама «Есения», на которую в 1975-м собрались 91 400 тыс. человек, почти на 4 млн. больше). Оскароносный фильм Владимира Меньшова «Москва слезам не верит» (84 400 тыс.) в 1980 году занял второе место по посещаемости, а третье — тот самый «Экипаж» Митты (71 100 тыс.). Собственно, эти три картины в основном и сделали возможным успех проката 1980 года. С тех пор подобных удач больше не повторялось.

Сегодня, когда продюсеры радуются и двум миллионам зрителей (столько собрал, например, «Батальонъ» Месхиева), те цифры ошеломляют. Но на самом деле, если смотреть не на абсолютные значения, а на динамику, то становится ясно: быстро растущая популярность у советского кино была в 1960-е, а с начала 1970-х начался очевидный спад. С тех пор борьба за зрителей велась с переменным успехом и, хотя на подъем кино тратились немалые силы, закончилась поражением.

Зрелищный любой ценой

В 1975 году количество зрителей упало сразу на 70 млн. И, что для идеологов в СССР было еще хуже, основное количество зрителей привели в кинотеатры не серьезные и идеологически выдержанные фильмы вроде масштабного «Они сражались за Родину», а слезливая мексиканская «Есения» и индийская мелодрама «Бобби» Раджа Капура (62 600 тыс.): она опередила и лидера среди советских фильмов, им оказался «Афоня» Георгия Данелии (62 млн. зрителей).

В СССР в год выходило от 130 до 150 картин, но коммерчески оправданными считались те, на которые пришли более 10 млн. зрителей. А таких с каждым годом становилось все меньше. В десятке самых посещаемых неизменно оказывались мексиканские и индийские мелодрамы, французские комедии с Луи де Фюнесом или в лучшем случае отечественные комедии. Их копии крутили в кинотеатрах и клубах годами, затирали в прокате до дыр. Статистика доказывала: зрители и на седьмом десятилетии советской власти хотят простых, незатейливых развлечений, поплакать и посмеяться. Чем больше кинотеатров в стране, чем шире аудитория, тем выше ее аполитичность.

В руководстве Госкино приняли решение о расширении жанрового разнообразия — о создании советских зрелищных картин. Кстати, именно в 1975 году в США появился первый в истории кино блокбастер — «Челюсти» Стивена Спилберга, хотя, конечно, в Советском Союзе его тогда не показывали, как и «Звездные войны» Джорджа Лукаса (1977). Можно себе представить, что творилось бы в кинотеатрах! Но пришлось довольствоваться «Пиратами» и «Экипажем». Пока же свои, советские, правильные киноаттракционы еще только снимались, прокат продолжал проседать. В лидерах 1978 года оказалась бытовая комедия Эльдара Рязанова «Служебный роман», собравшая 58 400 тыс. зрителей, а главным победителем сезона вновь стал индийский «Мститель» (60 млн.).

Основная часть того, что сейчас считается киноклассикой, фильмы Тарковского, Михалкова, Абдрашитова, Смирнова, Шепитько, Кончаловского, Авербаха и других режиссеров со своим голосом, оказывалась либо на грани, либо за гранью порога окупаемости: «Андрей Рублев» собрал 2 900 тыс., «Сталкер» — 4 300 тыс., «Осень» — 9 800 тыс., «Раба любви» — 11 200 тыс., «Восхождение» — 10 млн. На пленуме Союза кинематографистов в 1976 году директор «Союзинформкино» Юрий Александров откровенно заявил: «Проблема вкуса — элитарная проблема. Интеллигенты — неплохие люди, я лично против них ничего не имею. Но они составляют зрительское меньшинство, и мы не можем на них ориентироваться. Мы должны создавать интересный зрелищный фильм любой ценой».

Однако серьезное увеличение количества развлекательных фильмов противоречило идеологическим установкам ЦК КПСС. К тому же для киноаттракционов требовалось много больше средств. Риски увеличивались, а отвечать за большие бюджеты в случае неудачи никому не хотелось. Производственные мощности и уровень технической оснащенности советских студий были очень низкими, пленка — плохой, а специалистов по звуку, гриму и свету не хватало. В 1981 году в прокат выходит детектив «Тегеран-43» Александра Алова и Владимира Наумова с Аленом Делоном. Но даже очень шумный старт советского шпионского триллера не помог ему добраться до рекордов прокатного успеха — фильм посмотрели 47 500 тыс., немногим больше, чем заурядного «Любимого раджу» (40 100 тыс.).

Посещаемость кинотеатров продолжала падать. Конкуренция телевидения, изменение структуры досуга плюс надоевшие сюжетные схемы, на которых настаивало руководство, — в результате еще до развала советской системы кинопроката махина кинопроизводства давала сбои. Идеология и кассовый успех оказались несовместимы. И даже «Кинг Конг», впервые увиденный советскими зрителями в 1989 году, смог привлечь в кинотеатры только 47 млн. зрителей, рискованная для советского ханжества «Интердевочка» в тот год собрала немногим больше сорока, а преодолеть заветный десятимиллионный барьер удалось только семи картинам. Так киноиндустрия, созданная в стране плановой экономики и идеологического контроля, пала жертвой свободной конкуренции.

Могучая кучка

К сожалению, люди, которые сегодня занимаются руководством культурой, старой статистикой не интересуются. Им кажется, что волевым усилием и финансовой поддержкой можно создать правильный кинематограф, который объединит балованных потребителей в единую, патриотично настроенную, гордящуюся своей историей нацию. Главное, чтобы народ это кино посмотрел. Для этого предлагались разные способы. Начали было с привычного — с запретов. Предполагали ограничить показ американского кино, «импортозаместив» его отечественным. Но тут взмолились владельцы кинотеатров, а они у нас пока частные. Начальство уговорили потерпеть, обещав ему постепенный рост пропорции российского кино от 16 до 30, а со временем и 40 процентов. Западным же конкурентам запретили только выходить одновременно с социально-значимыми отечественными картинами. То есть будущим патриотическим блокбастерам высочайшим повелением расчищено место в афише.

И хотя в 2015 году до экранов дошло аж 126 отечественных картин (то есть почти столько, сколько снималось в СССР), это не привело к увеличению сборов. Большинство фильмов бесславно выходят ограниченным (до 10 копий) тиражом и кассу не собирают. В прошлом году в десятке самых кассовых фильмов не оказалось ни одного российского. А среди двадцати — только один мультфильм «Три богатыря: Ход конем» (13-я позиция рейтинга).

Но 2016 год неслучайно объявлен годом кино. Именно сейчас на экраны выходит «тяжелая артиллерия», результат тотальной мобилизации и напряжения всех творческих сил. Могучая кучка высокобюджетных фильмов, обильно профинансированных государством и при его участии, а также украшенных любимыми актерами. Помимо «Экипажа» на экраны выйдут «Дуэлянт» Алексея Мизгирева (продюсер Александр Роднянский) — о человеке, зарабатывающем участием в чужих поединках; «Матильда» Алексея Учителя — о любви русской балерины и последнего императора; «Большой» Валерия Тодоровского — о главном театре страны; «Ледокол» Николая Хомерики — о столкновении корабля с айсбергом; «Викинг» Андрея Кравчука (продюсер Константин Эрнст) с бюджетом более 1 млрд. рублей — о средневековой Руси; «Дама Пик» Павла Лунгина — о драме во время постановки оперы Чайковского; «Вий II. Путешествие в Китай» Олега Степченко (продюсер Сергей Сельянов), продолжение успешного проекта по все более отдаленным мотивам повести Гоголя. В Фонде кино убеждены: именно такие фильмы выведут российское кино на широкую, ясную дорогу большого, конкурентоспособного, высокопрофессионального и любимого зрителями кино.

Конечно, можно надеяться, что по завершении Года кино чиновникам будет чем отчитаться. Удельный вес отечественных картин в прокате вырастет, и возможно, пара-тройка фильмов займет верхние места в рейтинге. Но проблема в том, что это никак не изменит общей ситуации. За 2016-м последует 2017-й, а затем и 2018-й, когда обойма больших проектов иссякнет, а количество и качество национального кино вряд ли существенно вырастет.

Поп-корн доходнее

Пока внутренний рынок становится только меньше. Украина если и не потеряна, то сильно сужена, на дружественные азиатские просторы рассчитывать сложно. Идея о выходе в русскую провинцию — благородная, открытие кинотеатра в чеченском Шали — жест пышный, но коммерчески несостоятельный: серьезных денег малые города и селения не принесут. Чиновники никак не могут выбрать, чем им заниматься — то ли созданием рынка (это одна стратегия), то ли просвещением (это другая), то ли пропагандой (третья). Правила за шесть лет существования Фонда кино менялись раза три, новые концепции противоречат ранее принятым, и в этих условиях единственным результатом государственных вливаний в кинематограф становится рост бюджетов в компаниях-лидерах. Создается пул лояльных монополистов, существующих на квазирынке, а на самом деле кормящихся от щедрот власти.

Дело в том, и об этом не задумываются обычные кинозрители, что кинотеатры в России — довольно маленький рынок для фильмов с большими бюджетами. Он выгоден для голливудского кино — в числе прочих рынков, по совокупности отбивающих крупные вложения. Но ни один даже самый успешный российский фильм с бюджетом более полумиллиона долларов не может окупиться в этом прокате. Кроме того, сами кинотеатры совсем не заинтересованы в дифференцированном подходе. Они всегда на грани кризиса и большую часть дохода получают не с билетов, а с продажи поп-корна и газировки. Им выгодно возиться только с очень хорошо распиаренными фильмами, а рекламная кампания сегодня стоит едва ли не дороже, чем производство.

Наиболее дальновидные из российских кинокомпаний-лидеров (а их всего восемь или девять) понимают: если где и можно заработать реальные деньги, то только на международном рынке. Там, в жесткой конкурентной среде, есть место и для российской экзотики, если она сделана на технически качественном уровне и продается по демпинговым ценам. Поэтому они изо всех сил сопротивляются идеологическим клише, которые им пытаются навязать сверху. Фильм для международного проката, желательно анимационный, должен быть понятен и интересен очень широкому зрителю, а следовательно, вряд ли его стоит снимать про то, что крутая Россия имеет только двух союзников — армию и флот.

Если российская власть хочет иметь такую дорогую игрушку, как национальный кинематограф, то ей придется оплачивать недорогое подобие голливудских фильмов. А вот какое кино хочет иметь российский народ, мы не знаем: его мнение никто не изучает, а при той системе, что сложилась с кинотеатральным показом, никакие кассовые успехи ни о чем не свидетельствуют. Ручное управление кинематографом наверняка гарантирует лишь один результат: начальство будет слышать те оценки, которые хочет услышать. До тех пор, пока исполнители не разведут руками — ну не смогли.

Альона Солнцева, The New Times, 21 березня 2016 року, №9

27 травня, понеділок, Синій зал НАШ ІЛЮЗІОН Цикл «Наші співвітчизники у світовому кіно»

26 травня, неділя, Червоний за ФІЛЬМИ-ПРИЗЕРИ МІЖНАРОДНИХ КІНОФЕСТИВАЛІВ

25 травня, субота-неділя, Синій зал ХХІІІ МІЖНАРОДНИЙ ФЕСТИВАЛЬ ФІЛЬМІВ, ТЕЛЕВІЗІЙНИХ І РАДІОПРОГРАМ ДЛЯ ДІТЕЙ ТА ЮНАЦТВА "ЗОЛОТЕ КУРЧА"