f y
Національна спілка кінематографістів України

Статті

Патріотичний детектив: Кобзар на колесах та інші герої серіалу «Ніконов і Ко»

31.07.2015

Репортаж видання «Дуся» зі знімального майданчика вітчизняного детективного телесеріалу «Ніконов і Ко» режисерів Зази Буадзе і Тараса Ткаченка.

В свете запретов на показ российских сериалов украинские производители кино заметно оживились, готовя собственный продукт. Я побывала на съемочной площадке сериала «Никонов и Ко», который по заказу канала ICTV снимают Mamas production и Film.ua. Это очередной детективный сериал – после успеха «Нюхача» можно надеяться, что в Украине появится серия оригинальных детективов, отличных от бесконечных российских ментовских войн под разбитыми фонарями. Насколько интересным получится «Никонов и Ко» – судить зрителям, а пока я разбиралась в хитросплетениях сюжета, бюджетах и производстве сериала.

В павильоне на Film.ua темно и все сосредоточены – выставляют свет, готовят камеры, актеры проговаривают текст. Пока съемочная группа работает, я брожу среди декораций – квартира, где живет главный герой сериала Сергей Никонов, парализованный после ранения милиционер, который стал «следователем на дому», напоминает жилище совкового номенклатурщика: всюду картины, на книжных полках Ленин и макулатурная классика, ангелы и чуть ли не сонники на каминной полке.


В коридоре – старый детский велосипед и кольца для подтягивания. Не хватает чемоданов и пустых банок из-под варенья на антресолях – но потолок все равно в кадр не попадает, так что их в декорациях нет. Один из двух режиссеров сериала Тарас Ткаченко отвлекается от указаний группе, чтобы поговорить со мной о съемках:


– Сколько серий планируете выпустить и будет ли второй сезон?

– В первом сезоне выйдет 16 серий. Сколько будет сезонов – это вопрос не ко мне и даже не к продюсеру, а к каналу, который заказывает сериал. Если зрителю понравится, канал закажет следующий сезон – по крайней мере, в драматургии заложена возможность продолжения.

– Это вертикальный сериал?

– Да, каждая серия – отдельный сюжет.

– Сколько дней длится съемочный период?

– Девять дней на две серии, всего 72 дня. Я не снимаю сериал полностью. У нас два абсолютно равноправных режиссера: сначала я снимаю две серии, затем – Заза Буадзе, и так – до конца съемок.

– А кто автор идеи сериала?

– Григорий Ховрах. Изначально, как я понимаю, был придуман образ детектива, который расследует убийства, причем не традиционно гоняясь за преступниками, а пользуясь современными средствами связи. Такой ход действительно поднимает динамику рассказа: будучи дома, герой может находиться во всех местах одновременно. А значит, действие развивается параллельно в нескольких местах, сериал получается многослойным и динамичным.

– Разве основная часть съемок проходит не внутри квартиры?

– Нет. У нас 60-70 процентов действия происходит вне стен квартиры. Вот, например, в этим сете из девяти съемочных дней шесть было вне павильона.

– Почему, судя по обстановке, кажется, что квартира главного героя принадлежит пожилому человеку?

– Да, тут история семейная: после ранения жена бросила следователя Никонова, забрала у него все, и он вынужден был переехать в квартиру своих родителей. В сериале еще будет (скорее всего, ближе к 16 серии) рассказ о его отце.

– Отец – это человек в форме на фотографии?

– Да, только он был не милиционером, а прокурором. Я знаю, что наш герой не пошел по стопам отца, хотя тот мог организовать сыну карьеру, но дальнейшее развитее сюжета даже для меня тайна. Знаю только, что позже эта история вскроется и будет «дожата», доставив нашему герою массу психологических проблем.

– С каким удовольствием вы говорите о предстоящих психологических проблемах!

– Ну в конце концов надо же артисту что-то делать на площадке.

– Какой характер у вашего главного героя? Он социопат, злой или циничный?

– Нет, он не злой – просто сползает в депрессию. Знаете, как характеризуют депрессию? «Синдром выученной беспомощности»: человек не страдает, не испытывает боли – он просто махнул на себя рукой. Никонов – это тот человек, который хочет махнуть на себя рукой. И все, кто его окружают, включая друга детства выпивоху Леву, которого играет Лаленков, пытаются вывести Никонова из этого состояния.

 – В квартире есть кольца для подтягивания – это нужно герою, чтобы тренировать руки?

– Да. Но в целом мы делали эту квартиру как дом его детства, у нас даже есть ростовые отметки на двери, как и во всех квартирах, где росли дети. Мы все продумали.

– А есть в сериале социальная составляющая – о том, как живется в Украине человеку, передвигающумся в инвалидной коляске?

– Пока нет, но я очень надеюсь, что сценаристы добавят. Я знаю, что это проблема, и у нас уже есть несколько вопросов по этому поводу. Но пока наш герой не выходит из дому. Надеюсь, в следующем сезоне мы его выпустим на улицу и там в полной мере покажем проблемы, с которыми сталкиваются инвалиды-колясочники в нашей стране, начиная с элементарного – как трудно такому человеку заехать в магазин.

– Вы сами смотрите сериалы?

– Редко. В основном кино смотрю. Люблю иногда посмотреть продукт НВО или британский какой-то сериал.

– А «Нюхача» посмотрели? Понравился?

– Да, посмотрел. Мне сложно судить – я же ремесленник, больше смотрю на то, как это сделано. Но это хороший продукт.

В этот момент начались съемки – и Ткаченко побежал руководить процессом. Пока Лаленков раз за разом входил в квартиру главного героя, я поговорила с линейным продюсером сериала Дмитрием Слободяном:


– Расскажите, как справляетесь с производством в кризис? Может, у вас есть какие-то оригинальные рецепты? 

– Ничего особенно креативного в наших приемах нет: все понимают, что снимается украинский проект, и он будет распространяться именно для украинского зрителя. И вот этот патриотизм на самом деле очень помогает нам работать, что приятно. Правильная логистика, правильные договоренности, нет такого, что кто-то сидит на площадке и ничего не делает. В большинстве производств всегда есть люди, которые нужны на полчаса. У нас их работу выполняют те, кто уже занят на площадке другими делами. Все это классические ходы продюсеров, чтобы оптимизировать производство.

То, что половину съемочных дней мы находимся в декорациях, естественно, удешевляет съемку: если бы ездили по натуре, по другим локациям, это стоило бы очень больших денег. Поэтому этот сериал и живет: он был продан именно потому, что мы вложились в определенную сумму.

– Какие сцены оказались самыми сложными?

– Тяжелее всего далась первая серия. У нас пилотом была вторая серия, а вот первая, в которой Никонова ранят, – самая затратная, самая сложная по производству, там очень много натурных съемок. Если выработка в павильоне может быть 12-13 минут в день, то на натуре выработка всего пять-шесть минут. А в первой серии все снято на натуре. Это было сложно – и людям, и финансово.

– Как проходил кастинг?

– Для пилота мы нашли режиссера, который мыслил одинаково с нами – Зазу Буадзе. Именно он посоветовал нам взглянуть на Александра Кобзаря. Тот образ, который мы себе представляли, читая сценарий, Кобзарь создал идеально. Заза же подсказал нам актера Роберта Фельдмана – и он тоже очень нам подошел. Сложнее было с ролью Равинской, потому что ни одна пробовавшаяся актриса не воплотила образ, который нам хотелось бы увидеть. И буквально за несколько дней до старта съемок мы определились с Равинской, которую сыграла Марина Коняшкина. Она идеально подошла по образу.

– На кого из детективов больше всего похож Никонов?

– Мы хотим считать, что он ни на кого не похож, он отдельный, наш, мы ни на кого не равняемся. Да, я уверен, что авторы во время создания образа Никонова опирались на какие-то уже известные образы детективов. Это может быть и Холмс, и Хаус – по причине нервозности и раздражительности, и по причине схожей травмы. Никонов хотя и прикован к креслу, тоже чувствует боль.

– И принимает наркотики?

– Нет, слава богу, наоборот, ему врачи отказали даже в возможности пить. А у него есть сосед и друг детства Лева, которого играет Лаленков,  и он приходит к Никонову, чтобы выпить, а ему нельзя. На этих отношениях у нас строится комедийная часть сериала. Соседу приходится пить самому, и своими действиями и словами он подталкивает Никонова к раскрытию очередного дела.

– Как считаете, почему последнее время так много сериалов, в которых главные герои имеют какой-то ущерб – физический или психологический?

– Хороший вопрос. Мне кажется, такие образы более интересны. Если главный герой обычный следователь, обычный врач, то он неинтересен.

– А вот у Каменской – главной героини сериала, который продержался много лет, – не было никакого дефекта.

– Это было давно. И за десять лет зритель изменился, да не то что за десять – за год. Например, возьмите нашумевший сериал «Останній москаль» – я уверен, что еще два года назад он не пошел бы совершенно. Его и смотрели именно потому, что сейчас сумасшедший патриотизм и люди хотят видеть на экранах украинский продукт.

– Поговорим о патриотизме и языковом вопросе. Все ваши герои говорят по-русски, не мешает ли это продвижению украинского продукта?

– Совершенно нет. По нашему мнению, совсем не важно, на каком языке ты говоришь, главное – как ты себя чувствуешь. Если зритель чувствует, что это украинский продукт – по образам, по видео, на котором он будет видеть родные места, в частности Киев, – значит, сериал украинский. Именно это делает его украинским, а не то, на каком он языке.

– Многие вам возразили бы, что ваши герои говорят «мовою окупантів».

– У нас языковой вопрос, как я понимаю, актуален в обществе, но у нас он не стоит. Лично я считаю, что человек волен разговаривать на том языке, на котором ему приятно. Главное – уважать страну, в которой ты живешь, и знать язык в принципе, поскольку он является государственным.

– Кто писал сценарий сериала?

– Авторская группа из семи человек. Они уже длительное время работают с Mamas production, с этой командой уже наработано много сценариев, прописанных синопсисов. Их главный идейный вдохновитель – Григорий Ховрах. С ним непосредственно мы и общаемся, а он сотрудничает с широким кругом других авторов. Например, с Андреем Бабиком, который написал для нас одну или две серии, – он из сценарной группы «Нюхача».

– Как распределена нагрузка между Film.ua и Mamas production?

– Это партнерский проект, все вопросы решаются совместно – образы, детали сценария, финансовая сторона. Нет какого-то распределения, но, естественно, Mamas production полнстью занимается съемкой этого сериала – от набора группы до контроля качества.

– Вы планируете продать сериал в Россию или в другую страну?

– Естественно, будут попытки его продать, как и любой другой продукт. Россия, Казахстан, Беларусь – мы открыты для любых рынков, может быть, даже для заграницы, например, Турции.

На съемочной площадке в этот момент начался перерыв и подготовка к новой сцене, так что я успела поговорить практически со всеми главными героями – очень серьезным исполнителем главной роли Александром Кобзарем, «другом детства» Дмитрием Лаленковым и его молодым коллегой Робертом Фельдманом, который играет помощника следователя Никонова:

– Вы вроде Ватсона при Холмсе, да?

Фельдман: Я играю помощника следователя Никонова, и так как он травмирован, то я по сути являюсь его руками, ушами и языком, иногда не самым лучшим. Я, как и Ватсон, тоже больше энтузиаст, чем профессионал, именно поэтому меня отправили на помощь Никонову – в самом управлении я не прижился. Молодой Скрепков, например, все время пытается внедрять какие-то новые технологии, использование гаджетов. Он всюду ходит с планшетами, разными камерами, и руководство это не сильно любит.

– В реальной жизни вы когда-нибудь принимали участие в допросах?

– Меня не допрашивали, но я слушал записи допросов.

– Специально перед сериалом прослушивали?

– Нет, просто так получилось – мне было интересно.

– А вы сами любите детективные сериалы?

– Да, смотрел британского «Шерлока», американских «Элементарно», «Настоящий детектив», «Декстера». В этих сериалах сложно определить жанр – это и детектив, и драма, и трагедия, все в одном. У нас, кстати, есть одна серия о деле с отрезанной ногой – некоторые провели параллели с «Декстером». Мне кажется, если говорить о прототипах, наш Никонов больше всего похож на Джонни Ли Миллера в «Элементарно».

Лаленков: Мой герой – друг и сосед Никонова. Он появляется в его жизни, когда у Никонова какой-то ступор случается – или в личной жизни, или в его расследовании. Специально он, конечно, ничего не делает – просто так выходит: Никонов задает себе какой-то вопрос, а у Левы есть ответ. У него была бурная жизнь: он был и панком, и хиппи, и выпивает он, и все тяжкие проходил. При этом Лева из интеллигентной семьи, и у него большой опыт того, в чем Никонов не очень разбирается. Вот как я, условно говоря, все знаю о Бахе, Генделе и Глюке, так Лева знает о самых разнообразных вещах. У него нет семьи, он очень эгоистичен, избалован в каком-то смысле, и очень привязан к другу. Я сам таким никогда не был, но меня окружали такие люди, так что этот типаж мне хорошо знаком.


Александр Кобзарь начал свой рассказ о том, что в целом вживаться в образ главного героя несложно – «сел, кричи и плачь».

– А вы сами пробовали провести в кресле, например, целый день?

– Я попробовал провести в кресле 18 часов, практически не вставая – разве что переоделся. Первый съемочный день длился как раз 18 часов, второй – 15 часов, так что у меня даже мозоли на руках от кресла. А так, чтобы полностью прочувствовать на себе положение человека в кресле – сходить в душ, в туалет на коляске, – я не пробовал. Но думаю, это кино немножко для другого. В фильме нет рассказа о том, как живется человеку в коляске, и этого очень не хватает. Это мое мнение, конечно, и оно может расходиться с мнением продюсера.

– На кого из известных литературных или кинематографических детективов вы ориентировались, когда готовились к роли?

– Я ознакомился с французским сериалом «Каин». Там герой тоже инвалид на коляске, но мы отличаемся тем, что он выезжает из дома, а мой персонаж – нет. В целом я не нашел чего-то такого, что можно было бы применить именно к этой роли, ни во французском сериале, ни вообще в каком-то другом. Мне достаточно было того, чем «загрузил» меня Заза Буадзе – мне его советов хватало. С моей точки зрения, в моем герое мне очень не хватает личного, вот этих проблем социальных. Потому что сами расследования, честно говоря, меня бы не заинтересовали – если бы человек не был в коляске, я даже не пришел бы на пробы. Детективные истории мне неинтересны. Мне интересны в первую очередь человек и то, что с ним происходит.

– Сейчас сериалы – это фактически новое кино, многие звезды кинематографа – как актеры, так и режиссеры – работают в сериальном производстве. Изменилось ли ваше отношение к сериалам, и в частности к украинским? Или актеры, как и раньше, считают сериалы «второсортным» продуктом?

– Мы все вышли из сериалов, как из «Шинели». Да и кинематографического опыта у меня не так уж много. Поэтому я отношусь к сериалам совершенно нормально. Главное – команда, идея, материал и сценарий.

– Сейчас довольно двойственное отношение к правоохранителям. В сериале есть что-нибудь о реальных буднях нашей милиции?

– Нет, это скорее фантастическая история, не имеющая к реальности никакого отношения.

«Дуся», 17 липня 2015 року

22 травня, середа, Малий зал Рада ветеранів НСКУ «Шлях до творчих вершин» Вітання ювілярів

21 травня, вівторок, Синій зал ВЕЧІР ПАМ’ЯТІ «ОЛЕКСАНДР АСКОЛЬДОВ. НЕВІДОМЕ…»

20 травня, понеділок, Синій зал НАШ ІЛЮЗІОН